Члены Высшего совета прокуратуры (ВСП) не приняли на заседании в пятницу, 11 сентября, отчёт Комиссии по оценке прокуроров, выданный в отношении прокурора Виктора Казаку. Таким образом, ВСП отклонил отчёт о переоценке от 14 августа 2026 года, выданный Комиссией по веттингу, и установил, что данный прокурор успешно прошёл оценку.
Член ВСП Андрей Чеботарь в качестве члена-докладчика предложил Совету отклонить отчёт о переоценке и установить факт прохождения внешней оценки; предложение было принято единогласно. Чеботарь дал пояснения и утверждает, что „не было установлено наличия серьёзных сомнений, которые свидетельствовали бы о необоснованном имуществе”.
Он уточняет, что „предложение стало результатом оценки того, что установленные обстоятельства не соответствуют правовому стандарту серьёзных сомнений относительно финансовой добросовестности субъекта оценки, предусмотренному Законом № 252/2023”.
Промо
По словам Чеботаря, вывод о непрохождении оценки основывался главным образом на двух элементах: приписывании квартире значительно более высокой стоимости, чем цена, указанная в договоре, и непринятии займа в размере 23 тысяч евро, полученного, по словам субъекта, от его родителей.
„Что касается квартиры, Комиссия установила, что её вероятная рыночная стоимость была выше цены в 402 801 лей, указанной в нотариально удостоверенном договоре, и включила в расчёт сумму в 835 321 лей как экономические затраты, понесённые субъектом.
Я не исключаю, что реальная стоимость квартиры могла быть выше договорной цены. Однако материалы дела не позволяют с достаточной точностью установить эту стоимость и, тем более, не доказывают, что сумма в 835 321 лей представляет собой фактически уплаченную цену.
В то же время в деле содержатся и другие оценки. Acces Imobil указал для квартиры со схожими характеристиками диапазон от 500 тысяч до 700 тысяч лей. Этот диапазон показателен, поскольку демонстрирует, что стоимость квартиры не могла быть установлена по единственному ориентиру и что различия между имеющимися оценками были существенными.
Вопрос, следовательно, не в том, могла ли квартира стоить больше, чем цена в договоре. Вопрос в том, имеется ли достаточная доказательная база для вывода о том, что субъект фактически понёс расход в размере 835 321 лей. В отчёте не выявлены переводы, снятие наличных, письменные документы, сообщения между сторонами или заявления продавца, которые подтверждали бы уплату незадекларированной разницы.
При отсутствии таких доказательств и при наличии